Цвет:
Ц
Ц
Шрифт:
A
A
A
Интервал
строчный:
1.7
2
Интервал
символьный:
1
2
Изображения:
ВКЛ
ВЫКЛ
Ч/Б
X
Версия для слабовидящих

 

03.05.2018

 

 

В.С. Логунова: В сердце маленьком – горе бездонное...

 

 

Сейчас правнучка Вика кричит ей по Скайпу: «Бабушка Виола, смотри, что мне купили!». А много лет назад, когда Виолетта Сергеевна Логунова и сама была маленькой девочкой, ее детство было совсем другим. Когда Виоле исполнилось четыре года, на территорию Крыма вторглись немецкие войска. Оккупация длилась почти три года, но осаду, оккупацию и освобождение полуострова мы вспоминаем и по сей день спустя столько лет.

 

Родилась маленькая Виолетта в Алуште, небольшом городке на побережье Черного моря. Там ее воспитывала бабушка Марфа Ивановна, пока родители работали, иногда даже с выездом в другие города. Там же увидела папу, второпях забегающего во двор, чтобы увидеть родных на прощание за пару минут до того, как его заберут на фронт. Он отправился служить, так и не увидев жену. Из окна бабушкиного дома слышала Виола, как сильно и беспрерывно враги обстреливали осажденный Севастополь. Там же девочка впервые встретила военных – румын и немцев, которых расквартировали в ее родном городе.

– Помню, летом приходили румыны на речку умываться по утрам, а, когда берег пустел, мы, дети, бегали по обмелевшей воде в поисках обмылков. Вот радость была, если находила! Бабушке относила, – рассказывает Виолетта Сергеевна.

Не только с мылом было в те времена худо. Несмотря на соседство богатой на природные ресурсы Керчи, соль в Алуште была на вес золота. Марфа Ивановна ходила в соседние деревни, обменивая на соль то, что успела сама сшить. Бабушка у Виолетты Сергеевны грамотной не была, писать и читать не умела, но кроила и вышивала – всем на зависть!

– Мама моя, Евдокия Пантелеевна, когда полуостров захватили, работала в Симферополе, так что некоторое время меня воспитывала только бабушка. Несколько позже мама приехала за мной. Не понимаю, как она тогда смогла забрать меня из оккупированной Алушты? Перемещаться-то из города в город нам не позволяли.

Вместе с мамой они отправились туда, где нужны были рабочие руки. Многие жители покинули полуостров (мужчины отправлялись на фронт или в партизаны, другие стали поддерживать немецких оккупантов, третьих – пленили или убили), большинство колхозов оказались заброшены. Распределили Евдокию Пантелеевну с дочерью в оставленное всеми татарское село Бию-Кишлав.

– Мне очень запомнились их огороды: очень ухоженные, там ровными грядками росли картошка и морковь, грецкий орех. Помню, как использовали медный таз и высокий кувшин с узким горлышком, найденный в заброшенном доме. Когда татары уезжали оттуда, они все добро свое прятали. И часто новые жители села раскапывали посуду и вещи. Однажды даже мотоцикл нашли! Вся деревня сбежалась посмотреть! – вспоминает она.

А вот что кушали, женщина рассказывает тяжело, время от времени вспоминая интересные случаи из детской жизни:

– Мы настолько худые были! Наверное, как и те, кто в лагеря попал. Чтобы как-то прокормиться, мама стирала белье солдатам-оккупантам. Однажды принесла огромную банку черной икры, ее у немцев стянули. Меня с ложки кормила, уговаривала, что это полезно. А я отплевывалась, есть не хотела. Сейчас бы кто принес – не отказалась! – шутит Виолетта Сергеевна.

Как-то раз Евдокия Пантелеевна отправилась в Бахчисарай, а пятилетняя Виола осталась дома. Играя, нашла пшено и подумала: «Сварю кушать, мама придет – обрадуется». А соли добавила столько, что есть нельзя. «Но мама меня не ругала. Она меня никогда не била, и за это тоже. Но вот продукты я испортила», – с грустью вспоминает женщина. 

Однажды знакомая мамы передала им кусочек пчелиного воска размером со спичечный коробок. Так у их маленькой семьи радость была! Его еще долго использовали для жарки, пекли на нем лепешки ячменные. Даже такой маленький кусочек считался редкостью. У той женщины хоть и пасека своя была, но большинство продукции немцам отдавалось, своего держать нельзя было.

Еще один случай на всю жизнь врезался в память маленькой Виоле:

– Один немец, не знаю почему, хотел стрелять в маму. Он был высокий, светловолосый такой. Лицо его хорошо запомнила: сейчас мне его покажи – узнаю. Когда немец направил на нее пистолет, я закричала, подбежала к маме, обняла ее. И он не стал стрелять. Может, у самого семья дома осталась, сжалился. А мог бы и убить обеих…

Крымский полуостров полностью освободили от немецких войск к 12-му мая 1944 года ценой высоких потерь среди местных жителей и советских солдат. А спустя год Севастополь войдет в число тех четырёх городов, которым первым присвоят звание города-героя (помимо Одессы, Ленинграда и Сталинграда).

Несмотря на то, что вражеские войска покинули полуостров, рабочие руки по-прежнему требовались в колхозах и на посадках. Евдокия Пантелеевна с дочерью Виолеттой остались трудиться в селе Бию-Кишлав. Детям тоже находилась работа: они собирали табак, нанизывали листья табака на нитки, раскладывали эти гирлянды сушиться на солнце.

– Однажды утром я проснулась от плача женщины, – вспоминает Виолетта Сергеевна. – Она собирала бинты и медикаменты и ревела без остановки. А ко мне вбежала мама со словами: «Доченька, война закончена!». Спустя время на адрес бабушки Марфы пришло письмо от папы. Он был жив, прошел всю войну и на тот момент находился в госпитале в Болгарии.

Немногим позже вся семья вновь воссоединилась в Алуште. Папа Сергей Андреевич военные истории за столом не рассказывал, но основной его путь дочь знает. В начале службы он попал в плен, но, оказавшись в немецком обозе, сумел бежать. Как известно, в военное время к бежавшим военнопленным относились с подозрением, и Сергей Андреевич до конца войны не покидал передовую. В 1945-м получил ранения в Болгарии.

– Так и вернулся домой: в одной руке – костыль, в другой – палочка. Потом восстановился. Годами позже я просматривала старые документы. Оказывается, на войне он был телефонистом, – вспоминает Виолетта Сергеевна.

После войны родители вместе с бабушкой Марфой  переехали работать в гористый Бахчисарай. А в 1947 году отправились искать счастья в другом месте. Сначала они попали на Алтай. В Егорьевском семья оказалась без необходимого скарба, без крыши над головой. Работы здесь оказалось много, а вот расселиться такой большой семье оказалось негде. По осени выкопали картошку и уехали, решив, что сибирскую зиму не переживут. Потом в череде городов оказался Алма-Аты. Но и он встретил поселенцев неласково. И маленькая Виола оказалась в киргизском городе Фрунзе (будущий Бишкек). Приезжающие семьи расселялись по городу, образуя свои кварталы. Там был и Шанхай, и Париж. До конца жизни приютила теплая Киргизия Марфу Ивановну, Евдокию Пантелеевну и Сергея Андреевича. Но Виолетте Сергеевне еще выпадет судьба вернуться на Алтай.

– У меня вся семья долгожители, трудяги. Когда родителей на год завербовали работать в Каджи-Сай на берегу Иссык-Куля, мы приехали на голое место, не гнушались в палатках жить. Потом сами выстроили глинобитный домик. Придут родители с работы – и давай камни таскать. Печь выстроили, стол, занавесочки, барашка купили, потом поросенка – все у нас было. Потому что сами делали. А другие удивлялись.

Сергей Андреевич после войны всю жизнь трудился плотником. Бригадиром был строгим – сам не пил, не курил и других за это гонял. А в 1951 году семья купила дом в новообразованном поселении под названием Кант, и много лет этой семьи плавно пролетели в городе-спутнике Бишкека. На аэродроме Канта и сейчас дислоцируется российская военная база. В те годы Виолетта Сергеевна на многих курсантов насмотрелась – приезжали туда учиться из Кубы и Ирана, Сирии и Египта. В Канте наша героиня окончила школу и вышла замуж за молодого офицера. Виктор Дмитриевич Логунов легко покорил сердце юной красавицы. Скоро семья пополнилась. Виолетта подарила мужу сыновей: сначала – Сергея, потом – Геннадия.

– Где я только не работала! Была кладовщицей и кассиром, лаборантом и контролером. Образование профессиональное не получила, поспешила замуж выйти. А муж Виктор 27 лет отдал Советской армии, ушел в запас майором с должности заместителя начальника связи полка в далеком 1976 году.

Сын Сергей тоже пошел по военной стезе. И волею судьбы оказался в Волгоградской области, где его семья со временем увеличилась. Внучка Виолетты Сергеевны Женя подарила всем родным трех малышей. Сейчас их уже трудно считать маленькими: старший правнук Виолетты Сергеевны скоро отметит свой 20-й день рождения. Младшая из правнуков Вика (4 года) периодически узнает о здоровье бабушки, созваниваясь с ней через интернет.

Сын Геннадий, отслужив срочную службу, с радостью принял предложение поступить в школу прапорщиков. Когда Советский Союз распадался, один из сослуживцев, приехав в молодой городок Алтайского края, стал подтягивать сюда своих знакомых. Так Геннадий с женой Ириной оказался в ЗАТО Сибирский. Живут здесь и по сей день. Их сын Александр продолжил династию военнослужащих.

Сама же Виолетта Сергеевна, оставшись без родных в Киргизии, поторопилась поближе к сыну. Три года оформляла гражданство и в 2014 году полноправно поселилась в военном городке: «Семья дружная, мы хорошо живем. Мне нравится чувствовать, что рядом дети, что есть надежное плечо».

Почти сразу после переезда Виолетту Сергеевну «заманила» в хор «Кто молод душой» его руководитель Татьяна Анатольевна Логинова. Три года она пела в хоре, но сейчас здоровье не позволяет. Зато со своими коллегами по вокалу Виолетта Сергеевна каждый день гуляет по городку, может выбраться в лес или на старые дачи собирать ягоды или грибы. Продолжает согласно возрасту активно жить и чувствовать.

Жизнь Виолетты Сергеевны будто сшита из разных лоскутов ткани – там встречаются и татарские узоры из детства вперемешку с немецкой речью военного времени, и восточные краски Бишкека, когда пришлось восстанавливать страну после войны, и снова уже в мирное время военные мотивы Канта той же колоритной Киргизии, но уже спокойной семейной жизни, без осады и врагов в немецкой форме. А теперь умиротворенная старость в ракетном городке далекой Сибири. Но каждый год она отдает дань уважения родным, которые смогли вырастить ее в тяжелых условиях военной жизни, смогли отстоять нашу Родину ценой невыразимых потерь. Она отправляется к памятной Стеле в село Зудилово, возрождая в памяти те годы, когда была совсем маленькой девочкой. Но кто сказал, что если она была ребенком, то не испытывала те же трудности, проблемы с питанием и постоянный стресс, которые познали все взрослые?